мартынов

весна: признание

этот февраль запомнился-наполнился новостями из Ирана, одни я уж перечислял, среди других:
* спущен на воду 1й военный крейсер, построенный в стране (торпеды, ракеты, системы защиты);
* канадская Science-Metrix, анализирующая "производства научного продукта", объявила 2010 год "годом Ирана": "производство научного продукта" в Иране растет в 11 раз быстрее, чем в любой другой стране мира";
* успешно испытан 1й иранский самолет на солнечных батареях;
* создана 1я эскадра самолетов-амфибий-истребителей
и - итогом - 23-го февр. 64 сессия генассамблеи ООН (под предс. ливийского историка) утвердила Навруз в качестве официального международного праздника.

опять наступили "три дня": в ДОМе у Пятницкой сегодня начинается 9-й трёхдневный фест Мартынова (где играет и Отказ без барабанов), завтра прилетает из Сибири питерец Суротдинов... вообще каждый день публичные вылазки, которых я обычно избегаю: ДР группы Инны Ж., вечер памяти Германа Д., Реквием Шумана и Рудин... Ночью смотрел Арчи Шеппа и Махавишну 72 года, у Шеппа пианист прям как молодой Рахманинов, Гудмен играл на голубой скрипке. Потом посмотрел инт. Гориболя с Полиной О. (она тоже играет на фесте), размышлял о профаническом измерении мужской дружбы. Гориболь был единственным у нас в классе, сменившим инструмент - был контрабасистом (т.е. как бы владевшим ключом фа), стал пианистом, а теперь мелькает на питерском канале, ставшем, конечно, федеральным. В посл. день феста будет играть навсегда фа-мажорный латыш Пелецис, тут я вспоминаю, как Суротдинов не стал поступать в консу: накануне экзамена он шёл между Мартыновым и Пелецисом и одновременно внимал двум голосам с двух сторон, каждый из которых говорил о том, что преподавать уже некому, и время будет потрачено зря.
из сети:
* examiner.com: British military insider: World War III is being staged; starting with Israel and Iran
* mcclatchydc.com: War game shows how attacking Iran could backfire
* Парадоксы теории вероятностей
* A temple complex in turkey is rewriting the story of human evolution.

всех благородных юлианцев - с Новым Годом!

история тех "трёх дней" продолжается, а 2009 окончательно закончился: в оставшихся верными отцам церквях уже Обрезание и память Василия Великого. Это имя психиатра из Жуковки, а хозяйка привезённого туда бехштейна сейчас в Доминиканской Республике, граничащей с востоком Гаити. Позавчера - вновь с Андреем и ВМ, вчера - пострадала треть гаитянского населения (сколько трупов - неизвестно пока [UPD:б.100 тыс], ровно 95 лет назад в Авеццано было - 30 тыс), само же гос-во Гаити - это треть о-ва (между ним и Кубой - неизбежно-близкие жж-юзерам 88 км). Гаити - самая бедная страна полушария, читать умеет половина (какая?), но есть (в отл. от многих других) - две Православных Миссии (осн. инициатива - бывшего англиканского священника). Человек, более всего сделавший для финансового обеспечения православной общины - американец о. Григорий Уильямс - отказавшись перейти под питерский Патриархат, примкнул к Первоиерарху РПЦЗ Агафангелу, одесситу, рукоположенному в московском нелегальном храме катакомбников (Главой Церкви его избрали здесь).

Позавчера вспоминали с ВМ наше знакомство: я принёс за кулисы перевод Стенича из Улисса, сегодня - годовщина цюрихской смерти Джойса (удивительное время было в стране: 1941 - Джойс, 1943 - ЛСД). Кажется, именно после прочтения изданных в России в 1937 Дублинцев я заинтересовался Москвой. ВМ рассказывал о старокатоликах, "ты вот всё с суфиями-фундаменталистами, а я - с фундаменталистами-католиками": о том, насколько негативно в их среде было принято присуждение Нобеля матери Терезе ("это же удар по молитвенному подвигу, помогать теперь важнее"). Почта только что принесла "Политические устремления Эволы" Хансена, символы вновь кучкуются. Слушаю Гизекинга с Шубертом, пью пуэр с молоком... говорят, нельзя любить и Шуберта и Шумана, но это неправда: их можно любить по-разному.

Прочитав все доступные мне мемуары охотников на тигров, я понял, что обнаружить подкравшегося тигра (они обычно любопытствуют и заходят сзади посмотреть - кто их преследует) почти невозможно. Ещё месяц.

фасоль

Вчера президентом Хорватии избрали композитора, а я не смог найти среди книг Мартынова "Конец времени композиторов" - 6 книг его стоит, этой нет - видимо, обычная история: дал, забыл, не вернули. Иногда мне хочется перестать их давать вообще. Сегодня был в Фасоли - вновь с Мартыновым и Суротдиновым, женатым на чудесной сербке-актрисе (интересен л/м Ромео и Джульетты: в "те" дни была годовщина берлиозовской премьеры, сегодня - прокофьевской). Только этим вечером С. выяснил, что мы крестники. Расходились как и 25-го в метро: мы с С. на кольцо, М. на Ходынку. Фаланстер было не обойти: туда поступил свежий Корбэн, к-го я не успел прежде купить. Говорю М.: меня смущают большие терции в твоей музыке, я не о мажоре в Гимнах, а, скорее, о нечто-равелевском... "но я же не композитор, я фокусник" - проясняет он. Любопытно: сочиняет М. исключительно на инструменте, к-й настраивает исключительно Суротдинов.

М. рассказал, что ещё два года назад в Вене умер Александр Сац - единственный не мой учитель, на уроки к-го я ходил, ученик того же Брумберга - наилюбимейший, "как концерт?" - спросил он как-то за кулисами, отыграв два отд. Скрябина - "да это и не концерт был вовсе", сказал я: действительно, если я и видел загипнотизированный зал, то дважды: тогда и в Самаре, на Копернике.

дни (9) : 23-е

(предыдущее - здесь и в др. заметках, фото - здесь)

На Презентации прозвучало много звонких фраз, к которым я проводил мысленные параллели: например, слова Олега Аронсона: "сегодня тот, кто говорит "я - композитор" - это часть администрации; профессионал/дилетант - неработающее различие" отозвались в сознании тем, что так же бессмысленны теперь и старые политические разграничения правый/левый. Запомнился анекдот из зала: "Циркач приходит устраиваться на работу, рассказывает директору: могу на шпагате играть на скрипке; директор просит заместителя пойти посмотреть, зам. возвращается, отвечает: "ну не Ойстрах".

Из остального:
Мартынов:
"Люди, которые родились до 40-го года, ещё могли быть композиторами; люди, которые родились после 40-го года, являются композиторами всё в более и более слабой степени. Валерий Афанасьев спрашивал: что такое музыка? Я отвечаю: музыка - это то, что невозможно сейчас услышать; то, о чём вы думаете как о музыке, вообще никакого отношения к музыке не имеет. Основной пафос книжки жизнеутверждающий: "может быть музыка возможна" - но мы услышим это не в будущем поколении.

...Информация сейчас приходит на невербальном уровне - это и звук и, может быть, ещё важнее - запах.

...Есть понятие "лабух"; в нашем понимании, лабухи - это оркестровые музыканты, а не знаменитые солисты. Однако лабухи, например - "три великих тенора", враги музыки №1, которые испортили там всё, но мы можем хотя бы подумать иногда об этом и как-то вместить это, но мы не можем подумать о том что лабухами являются критики, потому что критики, видите ли, думают и вносят оценку, а ведь они пишут, ничего не понимая, и за ними остаётся последнее слово, после критиков только Страшный Суд и "история разберётся". У меня был в этой книге и такой посыл: а вот догнать критика и дать ему пинка. Когда на спарринге пропускаешь от противника удар в челюсть - это не обида или задетость, надо разозлиться - но чтобы злость не заливала глаза. Ситуация с премьерой Vita Nova - тестовая как с дифтеритной палочкой: надо было опустить и потом смотреть, есть дифтерит или нет. Повод был ерундовый, а тест можно снять".

Т. Гринденко:
"Аутентика... за что боролись, на то и напоролись. Это было круче авангарда: шишки, которые я и Алексей Любимов получали за "аутентику", были гораздо больше, чем связанные с авангардом. Это быстро стало модным и превратилось в плесень, от которой нам приходилось избавляться - это сейчас абсолютно мёртвое дело. А где аутентичные исполнители новой музыки? История подлинности была связана для нас с открытием новых правил, которые мы освоили, но теперь нужен талант. Талант - это свобода и колоссальная любовь к тому, что ты делаешь. Вот таланта и любви нет".

Е. Черемных:
"Вначале был проект обменных опер, когда московский композитор написал бы для Мариинского, а питерский - для Большого. В Большом эта премьера случилась - "Дети Розенталя" Десятникова, а в Мариинском не дошло".

Мартынов:
"Сейчас написан целый ряд русских опер, написал Смелков, написал, извините меня, даже Тухманов - я оказываюсь в этом разряде, меня путают со Смелковым и Тухмановым; в книге я пишу о том, что критики сравнивают Дубоссарского с Шиловым... Гергиев за две недели до показа Vita Nova слинял, он даже не пришёл на московскую премьеру, у него чутьё как у собаки, потому что со мной он никогда связываться не будет: я - андерграунд, а он - истеблишмент.

...Музыка осуществляет дислокацию, переходит из привычных мест - из консерватории, филармонии, оперных театров, а вот куда она переходит, где она осядет в виде благодатной росы? Явно в местах, не связанных с музыкой. Кейдж поставил в середине века вопрос: становится ли звук проезжающего грузовика музыкальнее, если он проезжает между Филармонией и Консерваторией? И он отвечает: да. Я отвечаю не просто "нет", а говорю, что он становится менее музыкальным, потому что там собрались враги музыки, там собрались музыканты - люди которые блокируют всякое понимание о музыке; там, где они присутствуют, происходит омертвление, там музыки уже никогда не будет - это надо чётко понимать.

...Относительно бюрократии среди композиторов, есть чёткая граница - это 1968 год. Именно после 68-го Штокхаузен, Булез и Берио стали бюрократами. Лигети правильно написал в 80-х: кризис, постигший культуру - системный. Они стали писать неинтересно. Что они все сделали в 80-е годы? Кто ответит на этот вопрос? Пярт написал "табула раса" в 76-м - почему он в 90-е не мог такого написать? Почему Штокхаузен написал Штиммунг в 70-м, а в 80-х не мог?

Ритуал - это умирание человека, где человек не играет, не сочиняет и не поёт, а предоставляет место музыке, тайна музыки - это умирание человека. Надо осуществлять некие ритуалы - вот этого сейчас никто не делает, ни Гергиев, ни Спиваков".

Загний:
"Человек - в большой степени - это то, что он слышит. Анализ окружающей звуковой среды - когда мы заходим в магазины, едем в автобусе, слушаем плееры - вся эта музыка на 99% невменяема, происходит катастрофическое невозвратимое упрощение сознания. Звук - это то, что человек воспринимает раньше всего. Символично, что в Windows музыка находится в разделе "развлечения". Господа, дискуссия пошла в том направлении, когда мы ломимся в открытые двери: там, где такая невменяемая архитектурная звуковая и запахная ситуация, там атрофируется способность к суждению".

дни (8) : танцы

т.к. Сутки начинаются с кануна - Канун празднуется и соединяется с Реформацией - то может возникнуть вопрос о границе между днями: вопрос о границе выразился в том числе в танце: у меня было выступление на Альтернативе в День Пограничника в Доме Композиторов, а часом раньше Батагов исполнял там мартыновские Танцы Кали-Юги. У вроде бы не танцевального Мартынова: Упражнения и танцы Гвидо; Танцы на берегу; Народный танец; Новая книга танцев...

л/м скрипки - через Улиссса и Olga Rudge -

накануне этих 23-25 (запись в жж 22.11.2007: "вечером в Москве мб удастся наблюдать в бинокль комету, вспыхнувшую в момент моей аварии; летит она от нас, т.е. мы смотрим на хвост. Сегодня умер Морис Бежар, начавший заниматься танцами в 14 лет и ставший мусульманином в Иране в 1973" с письмом Бежара Корбену) я привёз домой монстеру... Круглый столик, на котором первоначально встал цветок, находился в довольно тёмном месте большой комнаты, и я решил осветить его дополнительной лампой и обернулся: одна была у монитора, другая освещала картину Акилова (в тот момент на самом деле не освещала, но я устыдился и зажёг), третья оказалась незанятой. Рядом со столиком располагался дрезденский Röenisch. Карл Рёниш создал стандарт современного рояля, вмонтировав цельную чугунную раму, потом он стал поставщиком европейских королей, императоров Австрии и России... его выбрали Р. Штраус и Григ. В Автобиографии здесь уместен год основания Рёнишем своей фабрики, уничтоженной в WWII, после чего лейпцигские Рёниши стали не хуже нынешних китайских Бехштейнов: 1845: год первых набросков Die Meistersinger von Nurnberg: эта увертюра год будила меня по команде компьютера ("Я не в силах относиться к этой музыке с критической прохладцей" - Ницше о ней)... год премьеры "Тангейзера", увертюру к к-му я играл в Школе на выпуске, с её пятничной темой - "пятница у других европейских народов в языческую эпоху была посвящена богине Венере или Фрее" - "Верховной Богиней аравийских племён была Ал-лат, символизировавшая Венеру", "Всемогущая", Анис, Афродита, аз-Захра - утренняя и вечерняя, воплощение Анахиты, Инанны и Иштар, "Звезда Исиды", Фосфор... Так вот, взяв третью лампу, я воткнул её в удлинитель и направил свет на цветок, сказав: это тебе. Дальше движения объединились на короткое время безостановочным движением танца, с попаданием во все нужные доли саунд-трека, с наилучшим и плавным стремлением от одной вехи к другой; Бежар: "L'islam chiite m'apparaît beaucoup plus mystique que..."

сами же оба крайних дня - 23 и 25 - закончились точечно-яркими кульминациями: про парня, не открывавшего открытую дверь, я уже писал, а день презентации увенчался одновременным попаданием взгляда во взгляд: я постоял немного на одном месте, потом в другом, словно ждал чего-то - и вот, неожиданно и быстро из-за колонны вышла девушка: мы даже не перевели взгляд на микрон: они просто столкнулись.
-------------------------------
фон:
4-го: "на ВВЦ после многолетней реставрации вернулась "Рабочий и колхозница" Веры Мухиной.
5-го: пожар в пермском клубе "Хромая лощадь", б.110 трупов, начался со сцены (Flammes sombres, балет...)
6-го: Finale (автор-родственник) и Реквием (подарок М.)
7-го: фсбук

дни (7) : 23-е

о 23-м я уже писал и ещё буду (с более подробным изложением выступления Мартынова на презентации), здесь же отмечу некоторые моменты относительно и этого вечера и этих трёх дней. При знакомстве с Мартыновым - я увидел его за роялем: он минут 30 играл в фа-мажоре, и потом кто-то успел крикнуть до аплодисментов: бис! О роялях: Бехштейн, от к-го я как эксперт при недавней покупке, отказался, принадлежал женщине, не только уехавшей в Торонто (географический символ отца - вряд ли это кому-нибудь интересно, кроме меня, а я эти подробности не забуду - их, действительно, много, вкл. отъезд из России моей б. жены), но и учившейся в Ипполитовке (профессором у отца там был Фокин). Все три рассматриваемых в конце концов бехштейна принадлежали женщинам (в т.ч. умершей сестре физика). Звук выбранного (мать) мне лично не очень нравится - то ли дело в новых молоточках, которые тяжелее старых - то ли ещё в чём, но этот инструмент отчасти лишён той вежливой мягкости, за которую я бехштейны и ценю. Но - несомненно, у него оказался самый строгий дизайн из всего мною виденного (кстати, любопытно: недавно мне сказали, что практически на всех видео я играю в Отказе на Förster - про свой Рёниш, вернее, про Карла - я напишу потом непременно). Итак, в день католического Климента, я отправился от его храма (в к-м отслужили 1-ю панихиду по Алексию II) - через мост - окончательно решать про Бехштейн (к Софии, где в феврале 1925 отслужил одну из посл. литургий свт. Тихон) напротив Кремля, и затем - через др. мост - в Фаланстер, куда пришёл чуть раньше начала. Когда в магазине появился Мартынов, в руках у меня был очередной том (VII, 2 кн.) Леонтьева, похороненного там, где М. долго преподавал: я ещё не знал, что через день, в годовщину его смерти, мы с М. увидимся опять. Выслушав выступления (некоторые - терпеливо), я вышел на Тверскую и направился в сторону Кремля, мимо дома, где жила Фурцева, мимо дома, где был салон Волконской (№14) - и по мере приближения к Центру меня всё более охватывало чувство "расширяющегося сознания" и гнетущее ощущение криминально-полицейского давления. И все эти дни во мне чуть заметно вспыхивали странные флэш-бэки из 90-х с их щемящей достоверностью и неповторимостью.

Попав на Тверскую, я сразу увидел прикрывающую "восстанавливаемый" дом рекламу Мерседеса с огромными цифрами: 1894 (год основания 1й автомоб. серии Бенца). В своей речи М. удивил меня упоминанием Фуртвенглера и Кнаппертсбуша - в позитивном освещении только эти имена и прозвучали. Я подумал: а что же было у Кна в 1894? Видимо, тогда он стал заниматься музыкой (на скрипке), во всяком случае, более ранних упоминаний мне неизвестно. Скрипка - первый инструмент моего отца - звучала все эти три дня: и Кна, и Гринденко, и Суротдинов. Год смерти фон Бюлова в Каире. Год переезда в Мюнхен Фурта - он пошёл в школу и серьёзно занялся композицией. Год рождения Бёма и премьеры Prélude à l'après-midi d'un faune. Год женитьбы Р.Штрауса, начала им Till Eulenspiegels lustige Streiche и прихода муздиректором в Bayerisches Staatsorchester, к-й Кна и возглавил в 1945 (кстати, я и не знал, что М. теперь преподаёт на философском в МГУ - тут вспоминается то, что Кна изучал в у-те именно философию). Дом и есть дом, отец - он и есть отец, и как же правильно расположение Фаланстера в Гнездниковском. Любопытно преддверие этого дня в солнечном круге: ДР Фридемана и запись в жж 22.11.2005: в продажу пошла книга Мартынова "Зона Opus Posth или рождение новой реальности"

дни (6) : 25-е

текущие события:
* встреча в Доме Композиторов с Мартыновым, Андреем Суротдиновым и М. из Гринвича, передача ему Новой Жизни Ливеровской (см. перевод здесь)
фон 25.11.2009:
* Mohsen Makhmalbaf won the Freedom to Create Prize and dedicated his award to Ayatollah Hossein Ali Montazeri and the opposition movement he supports (awards ceremony held at the Victoria and Albert Museum, London)
* Москва: ЦСКА обыграл "Wolfsburg" 2:1 (нынешний чемпион Германии, Die Wölfe, клуб принадлежит Volkswagen AG) в Лиге чемпионов (Stadt des KdF-Wagens, ныне Вольфсбург, был основан в 1938 как город для рабочих Фольксвагена).
* ТВ Россия, "Мастер и Маргарита" (8-я серия)
исторический фон:
12.11 по юлианскому:
* у православных: память ап. Филиппа и свт. Григория Паламы
* 1891, смерть К.Леонтьева (похоронен в Троице-Сергиевой Лавре)
* 1888, премьера "Гамлета" Чайковского, Москва
25.11 по григорианскому
* 1759, землетрясение на Бл. Востоке (разрушения в Дамаске и Бейруте, по нек-м данным до 40 тыс. трупов)
* 1839, циклон в Индии (Коринга), 300 тыс. трупов
* 1895, Вильгельм Кемпф
* 1863, окончание 3-дневной Битвы при Чаттануге
* 1867, Нобель запатентовал в СЩА динамит (в Англии - ещё в мае)
* 1881, Theobald Boehm (создатель совр. флейты)
* 1954, премьера оперы Прокофьева "Огненный ангел", Париж (концертн., на франц.)
* 1970, Yukio Mishima
-----------------------
Чайковский косвенно присутствовал эти дни, во-первых, из-за беспрецедентного оживления темы гомосексуализма в поле моего зрения, а во-вторых, из-за даты 25-го - это был ДР "второго богача мира", шотландца Эндрю Карнеги (Пётр Ильич дирижировал на открытии Music Hall в 1891). Итак, я свернул с Тверской в Брюсов пер., и прошёл к зданию, в к-м бывал несколько лет чуть не ежедневно в квартире Иван Иваныча Мартынова, у Андрея Смирнова (сделавшего потом Термен-Центр) и - по четвергам - в клубе Фрида. Удивительно, но ни я, ни Мартынов не опоздали - я был в 16.27, он в 16.30 - и мы прошли в местное кафе "Фасоль". Лейтмотивы сплелись в пучок энергии, словно 49 лучей в университетской печати Ага Хана, словно бизон Хиггса уже возник. После "трёх дней" наступила очередная "новая эра" (26-е - это и вскрытие гробницы Тутанхамона, и 1-я публикация Булгакова - 13-го по юлианскому, и - в этом году - Ид ал-Адха). В беседе всплыла история про ножки Бехштейна (собственно, выбор купленного рояля во многом именно ножками и определился, тк в более старых Бехштейнах они другой формы): когда Мартынов переезжал, он заранее отдал ножки в театр Васильева и забыл про них, когда же переехал - то пришлось втридорога купить другие, через полгода из театра позвонили: "когда заберёте?" = теперь у него два комплекта. Имя Психиатра - Марина - это имя моей матери, живёт она на юго-западе от Москвы (Лондон), и Жуковка (тоже юго-запад) для меня - прежде всего, Дом Психиатра. Примечательно, что именно в эти дни я и получил впервые в жизни перевод из своей семейной книги на фрактуре, начинающейся с упоминания Лондона - перевод, не сделанный ни одним знакомым немцем: никто не разобрал даже букв, а теперь, наконец, они ясны.

Во встрече с Суротдиновым интересно мне 4 момента: имя Андрей (имя моего отца; Мартынов был крёстным одновременно моим и другого Андрея, крестились мы дома на юго-западе Москвы, пел А. Гринденко), скрипка (С. учился у Т.Гринденко; любопытно, что прежний скрипач Аквариума, тоже Андрей, возглавил потом 1-й барочный орк. в России), город (с именем и СПб связаны значительные личные события) и время знакомства с Мартыновым (тот же год, что и у меня - мы же познакомились после концерта в Доме Учёных, где М. играл фа-мажорного Пелециса). После начала в ДК концерта к 20-летию АСМа, мы пошли к ст. метро "Пушкинская", там уже разделились, и доехали с Андреем до Октябрьской - он встретился с женой-сербкой и отправился в здание, в к-м был 1-й мой сольный концерт в Мальтийском посольстве, я же сел на троллейбус - и сразу вынужден был вспомнить смешной случай про деньги и такси: дело в том, что, пока я покупал у водителя билет, к турникету с др. стороны подошла женщина и зачем-то открыла его, пропустив билет через щель прибора. Естественно, я прошёл бесплатно, тк зелёный свет не исчезал. А случай был таким: как-то в Питере Мартынов ехал с Андреем в такси, и, когда пришло время расплатиться, таксист протянул 500 руб. - А. взял и рассказал Мартынову, что за рулём был фанат Аквариума и подвезти самого БГ стоит вообще 100 долларов. Это было много лет назад - но только сегодня выяснилось, что постоянному таксисту было заплачено вперёд, и он просто дал сдачу. У своего подъезда я увидел парня, нерешительно тыкающего в домофон: дверь была уже открыта, это обозначалось загоревшимся красным огоньком, но парень такого раньше не встречал, и растерянно озирался. "Открыто", - сказал я ему, и был вынужден вспомнить, что 1-я (ещё мелодийная) пластинка с академическим Мартыновым была - композиция "Войдите!".

Новая Жизнь: предварительные материалы (2)

из купленной 23-го книги Мартынова "Казус Vita Nova", Москва 2010
(год издания напоминает мне самарский 1918 - раз уж 4я армия, (ана)логично подумать, что печаталась Ливеровская в 1917)

стр 25
искусство автоархеологии - это путь самопознания, а путь самопознания может быть начат в любой точке пространства
стр 67-68
подобно тому, как бильярдный удар может быть прямым и рикошетным, так и высказывание может быть прямым и "непрямым", и в случае непрямого высказывания роль бортика бильярдного стола, от которого отскакивает шар, будет выполнять уже существующее, постороннее высказывание. Таким образом, при прямом высказывании для достижения цели я говорю нечто своё от себя, а при непрямом высказывании я достигаю цели, отсылая к уже существующему высказыванию. Здесь стоит заметить, что китайская классическая литература, в отличие от литературы западноевропейской, - это царство непрямого, отсылающего высказывания, и это я говорю к тому, что в разных культурах у прямого и непрямого высказывания могут быть различные приоритеты и различные статусы.

Вообще нет и не может быть никакого прямого высказывания. Конечно же, человек, извлекающий из рояля некие созвучия, волен полагать, что тем самым он осуществляет прямое высказывание, но при этом не учитывается, что сам звук рояля может рассматриваться как высказывание тех людей, которые его создавали и которые заставили звучать его так, как он звучит. Причём здесь речь должна идти не о каких-то абстрактных, условных людях, но о конкретных человеческих сообществах, каждое из которых обладает, к тому же, коллективным собственным именем: Бехштейн, Стейнвэй, Рёниш, Циммерман или Ямаха, и каждое из этих имён обладает своим неповторимым голосом.
стр 71
Если Фицкарральдо есть только персонаж, только участник события, то я являюсь одновременно и персонажем и свидетелем того, что происходит с персонажем, причём свидетелем, склонным не только рефлексировать над происходящим, но привыкшим ещё и письменно фиксировать результаты своей рефлексии.
стр 72
Фигура удачливого неудачника должна совершенно по-новому высвечивать смысловое соотношение удачи и неудачи, успеха и провала. В обществе, в котором царит культ успеха, и в мире, в котором успех становится единственным критерием истинности, а между достижением реальности и достижением успеха становится знак равенства, феномен неудачи обретает особенное значение. Неудача превращается в некий альтернативный канал, по которому реальность ещё как-то может послать нам весть о себе. Конечно же, для того чтобы стать таким каналом, неудача должна перестать быть простой, или "неудачной", неудачей и превратиться в некую особенную, "удачную неудачу", то есть в такую неудачу, которая дарует возможность осознать суть происходящего и приводит нас к озарению, вызванному переживанием постижения реальности, - к тому самому озарению, возможность которого в современном обществе прочно блокируется успехом. Так, я думаю, что, только потерпев неудачу, Фицкарральдо смог по-настоящему осознать и оценить то, что он знает и чего никогда уже не узнают индейцы перуанской сельвы.
стр 73
Так или иначе, можно утверждать, что неудачу потерпели все стороны, все участники данной исторической ситуации, и в случае с Фицкарральдо и индейцев, речь должна идти даже не о цивилизационной неудаче, но о неудаче межцивилизационной.
стр 74
Быть музыкантом в мире, который покинула музыка, это, конечно, неудача. Но осознание этого факта есть уже большая удача, и не только потому, что на такое осознание способны очень и очень немногие, и даже не только потому, что это осознание приводит к пониманию реального положения вещей, но потому, что только в этом осознании может зародиться шанс возвращения музыки в мир, если такое вообще возможно.
стр 109
Вопреки всем застроечным и экологическим нормам, фактически вплотную к фасаду нашего дома встала серая стена пятиэтажного офисного здания, построенного благодаря тёмным махинациям председателя правления кооператива Мержановой, путём обмана ослабленной возрастом основной массы жильцов. Если раньше из нашего окна на третьем этаже открывался щемящий вид на каскад московских двориков, на помпезное здание МИДа, и на церковь Воскресения Словущего, то теперь стена не просто перекрывала всё пространство за окном - она вдавливалась через окно в комнаты и заполняла собой всё внутреннее пространство. Я уверен, эта стена сократила дни жизни моего папы, ибо его письменный стол находился прямо перед окном, и он всё время был вынужден видеть её.
Всякий дом есть не столько сам дом, сколько люди, живущие в нём. Дома, о котором я писал, больше нет. История его закончилась.
стр 117
Вспоминается один эпизод из фильма Дэвида Линча "Макхолланд-драйв". На совершенно пустой сцене странный и зловещий конферансье как заклинание повторяет "Здесь нет музыкантов, здесь нет музыкантов...", хотя музыка продолжает непрестанно звучать. Но вот на сцене появляется певица - "плакальщица Лос-Анджелеса", и на какое-то мгновение начинает казаться, что дело принимает более привычный оборот. Однако эта иллюзия длится недолго, ибо певица падает замертво, и тут обнаруживается, что отнюдь не она была причиной того, что воспринималось нами как её пение и её голос, так как этот голос продолжает звучать без каких-либо изменений. Эти слова означают, что музыка не нуждается в человеке. Музыка начинается там, где кончается человек. Рождение музыки связано с упразднением или, лучше сказать, с самоупразднением человека.
стр 122
Когда наше обсуждение с Юровским коснулось "Зимнего пути" Шуберта, я сказал, что общим ориентиром при исполнении "Vita Nova" должна стать песня "Das Wirtshaus", в которой лирический герой Шуберта сетует на то, что ему не находится места на кладбище, мимо которого он проходит, и что ему придётся продолжать свой путь под неподражаемое звучание фа-мажорного трезвучия.

дни (3)

сегодня у большинства мусульман - Ид ал-Адха. Миллионы людей возглашали только что: "Вот я перед Тобой, Господи! Нет равного Тебе!" А я продолжаю анализ этих "трёх дней" (23-25) - примечательно, что сразу после них наступила кульминация хаджжа - Стояние на Арафате (где встретились изгнанные из Рая Адам и Ева - это к вопросу о пиках на горе Trefan): 26-го был весьма амбивалентный день: первая публикация Булгакова - фельетон "Грядущие перспективы" (sic!) был издан в Грозном в 1919.

Но вернусь к прошедшему. Буквы тех "дней": Б, Ф, М. Их подготовкой и была история с покупкой Бехштейна, когда из трёх роялей - символов Отца, Матери и меня как "блудного сына", т.е. ушедшего в некую Альтернативу - выбрана была Мать: Школа и Берлин. Направление: Юго-Запад. Основные точки - Боровицкий холм (и Ваганьковский) и Жуковка (т.е. символ психиатрии среди "личных архетипов"), обрамлён процесс был событиями у Тверской: презентацией мартыновской Казус Vita Nova в Фаланстере и передачей ему 1-го издания Vita Nova в ресторане "Фа-Соль" в Доме Композиторов. Дом капитана Семёновского полка Пашкова (с беседкой бельведера, вероятно, Осипа Бове) проявился здесь не только как булгаковская точка отсчёта (взгляд Воланда) и местоположение моей Школы, но и присуждением в нём 26-го второй в мире по величине премии "Большая книга" автору биографии барона Унгерна - Юзефовичу. Второе место занял "Каменный мост" Терехова.

23-го у католиков - день памяти Римского Папы Климента I (у правосл. - 25.11 ст.ст.), хиротонисанного ап. Петром; "крёстного отца" кириллицы, первым отдавшего свои мощи Русской Церкви. От его храма - уж почти год самой высокой точки Замоскворечья - я направился к другому, Софии Премудрости Божией в Средних Садовниках, на Софийскую набережную. Два моста я прошёл в тот день - Большой Москворецкий (где приземлился Руст) - к Премудрости Божией принимать Бехштейн ("это Эскориал" - говорил Чехов об этом месте) и Большой Каменный - направившись в Фаланстер на презентацию (+ продавалась переизданная Пёстрые прутья Иакова). Проверил рояль по каталогу - да, номер 1940 года, претензии к звуку всё ж были, но эти мастера делать дальше уже не хотели...

24-го Вежливый Отказ приступил к записи первого альбома, в к-м не будет моих партий (в Герани они были, хоть я и не играл)

25-го - встреча в Доме Композиторов, где была квартира исследователя Равеля Иван Иваныча (в неё я захаживал на порядок чаще, чем в гринденковско-кремеровскую, под к-й жил любимый Александр Сац) - прошла в трёхчасовой беседе вчетвером: за столиком - Мартынов, скрипач из Аквариума (рассказал ему о "золотой рыбке, погибшей на посту") и психиатр из Лондона, что заставило меня неизбежно вспомнить первую строчку из трудночитабельной в силу затейливости немецкого почерка книги моей прапрапрабабки:


zoom
в ДК начинался концерт 20-летия АСМ, и мы вышли на Тверскую. Психиатр по-английски исчезла на лосевские чтения, а Мартынов, взяв меня и скрипача под руки - вспоминал про деревья, не так давно ещё здесь стоявшие...

дни (2)

эти три дня, 23 - 25 ноября, оказались из "тех самых", подобно августовско-февральским в личной жизни. А вот, напр., подмечено eldr'ом про ДР в вагнеровском декабре: Матильда Везендонк - 23.12, Сиси - 24.12, Козима - 25.12 / О Сиси чуть подробнее: Елизавета Баварская, королева Венгрии и Императрица Австрии, погибла - как и Людвиг Баварский - у озера, в том году, когда Скрябин написал свою потрясающую фа#-минорную сонату... вообще смотрите, как много у него fa: дебют - вальс f-moll [op.1], Первая соната f-moll [op.6], единственный ф-п концерт fis-moll, Третья соната fis-moll, Четвёртая соната Fis-dur, Quasi Waltz F-dur, Пятая соната Fis-dur - а ведь это не всё! вот она, парабола: дебюты Скрябина и Чайковского - фа-минор и фа-мажор, смерть их - op.74...
- у озера, в том году, когда Скрябин стал профессором Московской консерватории
- у озера, на берегу которого Скрябин гулял потом с Плехановым, издевавшимся над его попытками влиять на погоду
...10 сент. 1898 Сиси была зарезана на берегу Женевского итальянским анархистом, да уничтожится имя его. Рана в сердце оказалось смертельной, а убийца, надеявшийся покарать принца из Орлеанского Дома (Филиппа?), сказал: "не важно". Один из мостов, соединяющих Буду и Пешт - назван в её честь.

Мосты мне пришлось дважды пройти в день первый - принимая на Софийской Бехштейн и направляясь на презентацию мартыновской Казус Vita Nova
в день второй - Отказ начал запись нового альбома, сделав 1-ю из 11-ти вещей на столь значительной для меня Николо-Ямской (что вблизи от Солженицына и св. Мартина), а Бехштейн перевезли в Жуковку
в день третий - я подарил Мартынову перевод Ливеровской, тогда же выяснилась забавнейшая история про то, как он забыл ножки от Бехштейна у Васильева
но обо всём чуть позже, ибо кофе и гости


zoom
RSS-материал